Ген геймера - Глава 21 - Эгоизм

Статус: Черновик
17 марта 2015, 20:05       0    86 +1

— Итак, — на меня требовательно смотрели глаза Деммука, — рассказывай все, что тебе известно о Грабальзаре, его смерти и теперешней нежизни.

— Может быть стоит подождать, пока мы дойдем до башни? – возразил Норус Минт. В словах мага был смысл. Рассказывать о своей повозке и ее тайнах посреди толпы посторонних людей – последнее, чего я хотел.

— На нас все таращатся, Деммук, — возразил я. – У меня нет желания говорить прямо тут. В частности, о том, где именно мне встретился призрак. И кроме того, эта ситуация явно дурно пахнет — я о пропуске в квартал Ягон.

— Ты его получил и это можно рассматривать только как несказанную удачу. К тому же, если вестник что-то решил, то уговорить его не совершать задуманное не в силах смертных.

— Кто такие вестники?

— Любимые дети вседержителя. По крайней мере, так говорят, — уточнил Деммук. Из-под пенсне он остро глянул на мага, который предпочел дистанцироваться от обсуждения.

— Маги считают иначе? – Алиса задала вопрос, что было довольно неожиданно. Нечасто она проявляет инициативу.

— Мы это мнение поддерживаем, – резко ответил Минт. – Именно маги раскрыли существование посланников, как и узнали о существовании самого вседержителя.

— И в то же время пытаетесь бросить вызов всему сущему! – судя по недовольству, прозвучавшему в словах Думмука, это довольно давний спор.

— Мы… — Норус яростно сжал кулак, но после махнул рукой. С резким выдохом из него будто выскочило все желание спорить. – Такова на суть. Маги – исследователи. Стремиться к вершине для нас естественно. Мы должны знать как все устроено.

— И свергать королей, чтобы провести очередной эксперимент?

— Это! – маг снова тяжело вздохнул. – Мы не могли воспрепятствовать его затее. Даже для гильдии он — совершенно особый случай.

— О ком это вы? – эти двое так разошлись, что несколько людей вокруг шарахнулись в стороны от их криков. Поневоле задумаешься о важности описываемой ими персоны. Не исключено, что это знание позволит победить в соревновании между тестерами. А это именно то, чего мне сейчас хотелось. Слово данное Алисе и что-то глубинное… жажда стать первым в этой игре… это похоже на…

— Великий наставник, — процедил Деммук.

— Кто? — Его слова сбили меня с мысли. Кажется, будто общая нить разговора куда-то ушла, пока я размышлял о своем.

-  Его зовут Макригг. И однажды я его убью.

Маг на это заявление только фыркнул и закатил глаза.

— Не смей тут фыркать, — проворчал Деммук, но уже как-то вяло, с оттенком вины. Похоже, он и сам не верил будто сможет претворить обещание в жизнь.

— И что же между вами случилось?

— Предполагалось, что это ты будешь рассказывать, а не я. Верно?

— Изначально да, но хоть Макригг не самая приятная в общении личность, не думаю, что он вот так запросто может стать объектом ненависти.

Они остановились так резко, что мы с Алисой сделали еще пару шагов, прежде чем среагировать.

— Ты его видел? – Норус и Деммук задали вопрос одновременно. Но если глаза, скрытые за стеклами пенсне, сверкали злым предвкушением, то лицо мага побледнело – он явно был напуган.

— Да, когда разрушил алтарь духов. Он появился и предложил принять мудрость.

— Принять мудрость, да? – маг потрогал лоб и скривился.

— О! Значит тебя он все-таки огрел по голове?

— Конечно. Все знают, что если тебе посчастливилось встретить Великого Наставника, нужно вытерпеть его удары. Чем больше выдержишь, тем больше сфер магических начал получат усиление. К сожалению, заранее сказать какие именно – нельзя. Но при грамотном обращении со своей силой маг сможет извлечь немало пользы из любой среди них. Я выдержал один удар, а ты… погоди, что значит твое «все-таки»?

— Я уклонился от его ударов.

— Ото всех? – уточнил Деммук. После моего кивка он скорчил удивленное лицо. – Я думал, ты умнее. Он же Великий наставник, в конце концов. Я его ненавижу, это правда, но ты маг и для тебя вызывать его гнев, вместо того, чтобы получить преимущество – действительно идиотский поступок.

— И что это должно значить? – отказываться от своего решения быть магом-странником я не намерен, как и от мысли, что хорошо спрятанное сокровище обычно более ценно, но важно было понять его точку зрения. Информация лишней никогда не бывает.

— А… — на мага словно озарение снизошло. – Ты ведь практически ничего не знаешь о нашем призвании, так? Могу я узнать кто сделал тебя магом?

— Архимаг Накоригад, — услышав мой ответ, Деммук спрятал свои эмоции за каменным выражением лица, сквозь которое на мгновение показалось недоверие.

— О! – Норус вдруг начал хохотать. – И он даже не догадывался, что хотел одарить последователя бродячего архимага? Хотел бы я увидеть лицо Макригга, если бы он тебя все же благословил.

После этого стал посмеиваться и Деммук. Они снова начали движение в сторону башни, мы с Алисой пристроились следом. За этим определенно что-то есть. Хорошо, что информацию не приходится вытаскивать, но реакция этих двоих выглядит слегка неадекватной.

— Что в этом смешного?

— Маги без башни для Великого наставника как бельмо на глазу. С его благословением они могли бы стать значительно сильнее и составить конкуренцию обычным представителям нашего сословия, но он слишком категоричен в этом вопросе. Традиции – все для Макригга. Долбаный хрыч! Если бы он сам нарушил свои устои… хотел бы я увидеть его выражение лица. Мы не смеем пойти против его воли, однако если он самостоятельно сядет в лужу – для гильдии это было бы великолепнейшей вещью. Без сомнения, человек, которому удастся заставить Великого наставника так опростоволоситься станет желанным гостем любого мага гильдии.

— То есть, — у меня появились довольно неприятные подозрения, — даже если бы Макригг не проклял меня – я бы все равно стал магом-странником?

— Верно, — от хорошего настроения маг стал шагать быстрее, помахивая рукой, будто дирижировал невидимому оркестру. Еще чуть-чуть и пустится в пляс.

— И то, что я не принял его «наставлений» в итоге привело к тому, что я просто потерял возможность стать сильнее? – и еще возможное увеличение репутации с гильдией магов спустил в трубу.

— Я же говорю – глупость несусветная, — подлил масла в огонь Деммук.

— Погодите, а его проклятие? Вроде бы, из-за него я и стал магом-странником?

— Проклятие Макригга – принудительный выбор, — пустился в объяснения Норус. – Обычно у мага один простой путь – построить башню и усилить ее атрибутами. Первый атрибут – самый важный. Он будет усиливаться десять раз – с каждым увеличением ранга башни. Второй – усилится только девять раз, поскольку использовать его возможно только после перехода башни на второй ранг. Третий атрибут усилится всего восемь раз и так далее. Десятый использованный в башне атрибут останется самым слабым. Десять атрибутов формируют чистые направления магии. Их комбинации в башне позволяют создать истинное многообразие сил. В этом прелесть стези мага. Обойтись без башни могут только странствующие маги. У них свои секреты и они рассказывают подопечным как использовать атрибуты своим странным способом. Судя по тому сколько их в мире, это дело не из простых. Проклятие Макригга препятствует установке в башне любого атрибута, но тебя ведь все равно взял под свое крыло Накоригад, так что…

Вот оно что. От сердца просто отлегло. Мой выбор не был ошибкой. У архимага пришлось выпрашивать посвящение в маги и под свое крыло навязавшегося ученика он брать явно не собирался. Без проклятия Макригга странствующим магом я бы не стал. Все эти заверения в бесполезности – бред. А в свете закостенелости Великого наставника, можно сказать, что бродячий маг – нетрадиционное направление класса, возможно, даже прогрессивное.

— Накоригад не спешил меня обучать. Хотя и сказал найти его уже после того как мне удастся стать архимагом.

— Он в своем репертуаре. Для обычного архимага совершать длительные прогулки вдали от своей башни – дело довольно сложное, а уж заниматься целенаправленными поисками – тем более. Наша сила в башне. Некоторые атрибуты позволяют обойти нашу привязку к одному месту, но их довольно сложно получить. Собственно, именно из-за них на магов-странников продолжают смотреть свысока. Накоригад может использовать свою силу в любом месте в полном объеме, но когда дело касается столкновения с архимагами, положившими в основу те самые атрибуты, сомневаюсь, что он долго продержится. Разница в силе просто подавляющая, — Норус Минт покачал головой. – Я и сам склоняюсь к мысли, что странники бесполезны. Не хочу тебя обидеть, однако ситуация такова, что традиционным магам вы проигрываете по всем статьям. Просто от одних вы можете убежать, воспользовавшись их ослаблением при удалении от башни, а другие будут преследовать вас всюду.

— Смогу я сбежать или нет? В этом и весь выбор? – это заявление задевало. – Мы, маги-странники, еще докажем свое могущество и заставим считаться с нами.

— Пока это просто слова, — возразил Деммук. Он явно поддерживает Норуса в этом вопросе и самое печальное, что мне просто нечем было подкрепить свою позицию, кроме как голосом интуиции. – А вот и башня нашего мага.

 

Видна она была издалека, но только теперь появилась возможность оценить ее во всей красе. Строение из четырех этажей впечатляло. Первые два яруса были четырехугольными, углы второго этажа были повернуты на сорок пять градусов относительного первого. Третий и четвертый -представляли собой цилиндры с застекленными окнами, обрамленными переплетениями листвы из камня и металла. По площади каждый следующий этаж уступал расположенному ниже. В целом, конструкция из темно-коричневого камня с барельефами на первом и втором этажах, служащих опорой для белоснежных цилиндров, походила на громадный торт.

— Четыре этажа, — констатировала очевидный факт Алиса, — но сама башня третьего ранга?

— Количество этажей и ранг не связаны. Чем башня выше, тем больше силы она может аккумулировать, — щедро делился информаций маг, не сводя наполненного гордостью взгляда со своего жилища. – Ранг указывает на степень прогресса в деле постижения магического искусства, максимум используемых атрибутов и еще некоторые вещи. Например, на звание. Мы все маги, но звание «Маг» официально дается только после получения трех атрибутов и успешного их внедрения в башню, что конкретно делают с ними странники мне неизвестно, но ситуация со званиями та же.

— И какие же ранги существуют? – мне было интересно, сколько понадобится атрибутов, чтобы стать архимагом, но будет полезно и оценить перспективы в целом.

— Всего рангов десять: Кандидат, Ученик, Маг, Великий маг, Архимаг, Познающий — это составной титул и вторая часть зависит от того, что именно познает идущий по дороге магии. Далее идут Магистр, Великий Магистр, Архимагистр и Наставник, — Норус Минт сделал ехидное выражение лица и переглянулся с Деммуком. Тот улыбнулся, словно оценил какую-то шутку. — И самое главное – звание зависит исключительно от ранга развития мага.  Только так и не иначе.

Последняя фраза заставила меня задуматься. Нет, я понимаю на что он указывает, но его намерения непонятны. К какой именно мысли он хотел меня подвести? Донат побери, вариантов слишком много…

— В этом списке нет звания «Великий наставник», — пока я предавался размышлениям Алиса решила просто спросить в лоб.

— Десять атрибутов – десять званий, так что все верно. Великий наставник – самопровозглашенный титул Макригга, — с явным удовольствием пояснил маг.

— Но он – ярый поборник традиций, так? – как ни посмотри это выглядело странно. Он, конечно, двинут на своей башне, но выдумать для себя новый титул… В чем причина такого поступка? Тщеславие или..? – Одиннадцатый атрибут?

— Атрибутов десять, — с широкой улыбкой вставил два слова Деммук. – Это закон мира, и его не изменить.

— Хватит уже этих загадочных выражений лица! – эти двое только что ссорились, но когда дело дошло до издевательства надо мной, проявили удивительную слаженность. – Он просто зазнался или у него и правда одиннадцатый ранг?

— У него одиннадцатый ранг, — несколько не смутившись, ответил маг. – Макригг – единственный, кому удалось достичь этого. Великий наставник вышел за пределы могущества, отмерянные простому смертному. Мы достоверно знаем, что существует магия более высокого ранга чем десятый. Есть свидетельства, что посланники вседержителя использовали вмешательство куда большего уровня. Согласно оценкам магов, которые стали тому свидетелями, это примерно пятнадцатый уровень. Макригг ужасен, но он доказал, что обычный смертный может превзойти пределы, отмерянные ему с рождения. Это величайшая гордость гильдии. При этом ни один из бродячих магов не смог переступить уровень Познающего. Пойми, я восхищаюсь Грабальзаром Непойманным, но даже он не смог продвинуться дальше шестого ранга. Ему стоило стать настоящим магом, но он слишком любил профессию фокусника. Это сгубило его талант…, — Норус испустил вздох, полный сожаления. — Заходите, пора уже удовлетворить наше любопытство. Расскажи, что случилось с Грабальзаром, а после я расскажу все, что смогу о стезе мага прежде чем отправить тебя в квартал Ягон.

— Я тоже сдержу слово, — добавил Деммук, вертя пенсне между пальцами. – Не хочу, чтобы наследие великого фокусника пропадало зря.

Мы вошли в башню. Прямо из стен росли кристаллы, излучавшие приятный свет. Одну стену коридора украшали гобелены, а вторая была украшена узорами трех цветов – голубого, красного и темно-фиолетового. Они пересекались, создавая причудливые фигуры. В одних местах линии светились, в других – почти не выделялись на темно-коричневом фоне камня, послужившего строительным материалом для первых ярусов башни. Все это должно было вдохновлять и создавать некую таинственность, но впечатление портила горечь, порожденная словами Норуса. «Бесполезный класс» должен в действительности быть выдающимся, но так ли это? Может ли быть, что я ошибся и теперь мне предстоит пожинать плоды своего самомнения?

Я вздрогнул и только потом понял – что-то коснулось моей руки. Пальцы Алисы слегка подрагивали, а ее лицо налилось красным, что было хорошо заметно даже в этом мало освещённом участке коридора.

— Что бы не выпало на нашем пути, мы преодолеем это вместе, — с этими словами она сжала мою ладонь чуть крепче и стыдливо склонила голову.

Банальные слова, но от них почему-то стало легче. Все сомнения вмиг исчезли, показавшись чем-то абсолютно неважным. Это было похоже на жизнь с чистого листа или пробуждение ото сна… переживания о сделанном выборе утонули в тумане забытья. Сама мысль об их возникновении казалась чем-то немыслимым.

— Да, — мыслей в голове не осталось. Мне было нечего сказать кроме этого короткого слова. Да и к чему слова? Нужно действовать. Идти по избранному пути до самого конца, как это способен сделать только я сам.

Сжать чуть прохладную ладонь Алисы и потянуть ее за собой – это казалось таким естественным, правильным. Захотелось бросить все, выйти из игры и убежать с ней куда-то…

Удовольствие от постижения таинств магии, оценки грядущих свершений и просчета возможных ухабов на дороге магического искусства пропало, ценность победы в соревновании тестеров показалась эфемерной, но обещание нужно выполнять. Мы вошли в небольшой зал, посреди которого на столе исходил паром ароматный чай.

— Присаживайтесь, — пригласил маг.

— И рассказывайте, — поторопил Деммук.

 

***

Фиалочка сомневался. Скольких учеников он выпустил прежде? Не так много, если подумать. На одного только оболтуса сына ушло слишком много времени. Если бы не секретная техника, единственный наследник остался бы полным неумехой. Новый ученик был далек от идеала, тело неподготовлено, а разум слишком суетлив – мало пользы от такого материала. Не будь Фиалочка настоящим мастером, то никогда бы не поверил, что из подобной основы можно создать хорошее орудие. Современная наука доказала, что из глины порой получаются ножи не хуже, чем из метала.

— Вас что-то беспокоит?

Вопрос молодого человека в белом лабораторном халате был удивителен, как и все неожиданное. Закрывать свои мысли от окружающих Фиалочка умел хорошо. Даже в самых непредвиденных ситуациях его лицо выражало лишь невозмутимость. Прямо сейчас ни одна морщина не сдвинулась ни на миллиметр, но собеседник показал улыбку скромности. Юноша намекал на свои таланты открыто, отчасти дерзко, но Фиалочка всегда любил смелость.

— У тебя интересный талант, но я видел много более удивительных людей.

— Не сомневаюсь. Именно поэтому мне и понадобилась ваша помощь. ВетерДуш щедро разрешила столпам «Десятки» использовать свою память, и ваша кандидатура показалась искусственному интеллекту лучшей для текущей задачи.

Фиалочка чуть скосил глаза влево. Она была его ученицей очень короткое время, но ее талант не вызывает сомнений. В то время он обратил внимание на «геймеров». Новая ветвь сильных, достойная входа в сокрытый мир. Молодые, но весьма перспективные таланты манили его дух. Он выбрал ее как человека, связанного и с миром необычных игроков, и с «Легионом наемников». От хаоса ки, который наполнял девушку совсем недавно не осталось и следа. Сейчас она была именно такой, кого он знал – сосредоточенной, холодной, опасной женщиной. Ни одного пистолета при ней Фиалочка не увидел, что значит – ее мастерство выросло. Она здесь без оружия? Невозможно.

— Для чего был этот спектакль, Марина?

— Кто сможет контролировать игру, получит огромную власть, но мы стараемся этого избежать. Я была назначена наблюдателем, но мы изначально планировали вывести меня за пределы всеобщего внимания. Второй целью было привлечь внимание вражеских агентов к нужным нам целям. Доверенные люди среди наблюдателей выделили самых перспективных игроков. В моей группе на эту роль больше всего подходил Байт Зерован. Немного истерик, немного преувеличенных отзывов о нем среди персонала и нужное настроение создано. Нам удалось убедить большинство в том, что его права в рамках игрового процесса были ущемлены и он мог затаить обиду.

Сегодня мы запустим сообщение о том, что это игрок не получил обещанную награду за ускоренное прохождение первого этапа игры, а также имеет большой шанс победить, если наберет небольшое число сторонников. Информация будет сливаться по закрытым каналам группы геймеров «Гильдии которой нет». Слух о том, что победитель бета-теста сможет встретиться с создателем «Десятки» — вежливый кивок в сторону светловолосого юноши – распространялся другим методом. Это позволит снизить бдительность противника и убедить его в «случайности» утечки информации.

— Байт Зерован не из тех, кто будет переживать из-за такой ерунды, — Фиалочка мог сказать это даже без выслушивания рассказов внучки. Мальчишка интересен… Но это подождет. Сейчас было важно дать хороший толчок новому ученику, показать ему глубину пропасти, скрытой в тени мира. И, наконец, столкнуть в бездну силы. Революционный путь позволит Криокроду достичь того уровня силы, который не посрамит имя Фиалочки.

— Верно. На этом строился весь расчет. Стоило ему начать упорствовать в вопросе получения награды, и программа-арбитр не смогла бы скрывать информацию о полученном бонусе. Мы прошли по самому краю, найдя лазейку в правилах игры.

— Вы хотите, чтобы я нашел шпионов среди его кружения?

— О, вовсе нет! – радостно засмеялся светловолосый. – Если для защиты игры нам придется прибегать к людям с вашим уровнем способностей, то независимое существование игры можно считать перечеркнутым уже сейчас. Нет, мы просили вас присоединиться к тестированию, чтобы заставить врага дрогнуть. Пусть «они» думают, что выбудете защищать меня. Этого достаточно, с проблемами мы сможем справиться самостоятельно.

— Хотите, чтобы я был подобен обычной пешке на вашей доске? – Фиалочка нахмурил брови и выпустил свою жажду крови.

— Именно. Вы ведь успели оценить удобство виртуальной среды для тренировок. Если вы продолжите делиться своим мнением о настройках параметров взаимодействия объектов с персонификациями программ-настройщиков этого будет более, чем достаточно.

— Ждешь, когда твои враги придут договариваться со мной? Этого ты добиваешься?

— Не думаю, что они осмелятся, — светловолосый счастливо улыбался, несмотря на холодный пот, выступивший на его лбу.

Это было достояно одобрения Фиалочки. Он смог контролировать свое лицо под таким натиском, но полностью подавить свой страх так и не смог. Фиалочка видел, как дрожащие пальцы светловолосого успокоились. Он приспособился к давлению весьма быстро. Перед глазами вновь всплыл самозваный жених Алисы. Этому парню не пришлось даже приспосабливаться. Через какие тренировки ему пришлось пройти, чтобы выдержать жажду битвы мастера боевых искусств, не показав ни малейшего колебания? Только после того как Фиалочка высвободил ки, Байт Зерован дошел до своего предела. Искушение узнать все о прошлом наглеца, стащившего цветок из его сада, было велико. Но некоторые напитки нужно выдержать для лучшего вкуса.

— Я хочу не просто одолеть их, — Светловолосый окончательно пришел в себя. – Нужно показать нашу силу, убедить всех, кто станет наблюдать за этим нападением, что «Десятка» не покорится никому. Пусть они выставят силы для борьбы с известным мастером. Насколько большое отчаяние постигнет их, когда атака провалится, не дойдя до противостояния с Вами? Я хочу, чтобы наши враги задохнулись от собственной злобы и бессилия, тогда на какое-то время «Десятка» будет защищена от посягательств алчных до власти монстров.

— Если твой враг приведет мастера, равного мне, одной Марины не хватит для защиты, — Фиалочка мог сделать как просит этот юнец, но не хотел. Ввязаться в бои, показать ученику свою силу и его слабость – что может быть лучшим стимулом к учебе? Как только появятся противники, он лично ими займется. Фиалочку не волновали планы нанимателя его бывшей ученицы. Не в его силах остановить того, кто постиг все грани школы «Великого переменчивого потока».

— Ей не придется сражаться, — улыбнулся светловолосый. – Ей предстоит вырваться в несколько мест для разведки, но бои не предусмотрены. К тому же я уже подстраховался на случай непредвиденных обстоятельств. Если мы не сможем защитить себя сами, придут те, кого злить не стоит.

— Какая интересная характеристика. О ком ты говоришь?

— Вы ведь успели оценить способности Байта Зерована? Я говорю о тех, кто сделал его таким, тех кто сначала создал этого демона, а затем убедил его в том, что он мало отличается от обычного человека.

Фиалочка замер. Внутри него бушевали ярость и любопытство. Этот юнец посмел загнать его в угол, заставить отказаться от своих замыслов и ждать появления «учителей» мальчишки. Любопытство оказалось сильнее.

— Да будет так, — Фиалочка сомкнул веки. – Я не стану вмешиваться в это бой.

— В таком случае, с Вашего позволения мы пойдем.

Когда за посетителями закрылась дверь Фиалочка еще некоторое время отслеживал их ки. Светловолосый нервничал, а ВетерДуш излучала умиротворение. Ей было многое известно о характере бывшего учителя. Она хорошо понимала, что ни ей, ни ее нанимателю больше ничего не угрожает.

— В наше время молодежь такая интересная. Передай своим хозяевам, что им лучше хорошо постараться и вызвать появление «этих неведомых защитников», — Фиалочка посмотрел вправо, туда, где скрывался шпион. Легкое усилие воли и удавка из синего пламени на его шее растаяла, оставив лишь небольшой след в качестве напоминания. – Сегодня я позволю тебе выполнить свою работу, иди и расскажи все, что услышал. Если они действительно хотят проверить свою крепость на прочность, то им стоит готовиться к самым плохим сценариям. Я хочу, чтобы твои хозяева показали все, на что способны. Это будет моей маленькой местью за дерзость юнца.

Наблюдая за легкой дрожью занавеси, Фиалочка улыбнулся, этот шпион и в самом деле на редкость везуч. Если бы он попал сюда на мгновение раньше, его бы ждала лишь смерть. Гости уже были рядом, а начинать переговоры с демонстрации трупа – дурной тон. Кто мог знать, что после встречи желание убить незадачливого наблюдателя пропадет полностью? Эта игра действительно манит к себе таланты. И если все продолжится в таком же духе, то теневой мир ожидает крупное потрясение. Эта «Десятка» — лакомый кусочек. Сама мысль о том, что придется делиться этим с другими будоражила. Война за «такое» неизбежна, а значит остается просто наблюдать и, когда придет время – получить причитающееся по праву силы.

 

***

— Вот так все и было, — закончил я. Некоторые детали пришлось опустить, но суть я рассказал, как и обещал.

— Отлично, тогда мой черед, — Деммук. – Главное, что ты должен знать о наследии Грабальзара – никому его не показывай. Фокусники обязаны хранить свои секреты до последних дней. Это наша честь и наша гордость. Бывают среди нашей братии такие, кто крадет чужое искусство, случалось это делать и мне. В память о великом фокуснике дам тебе совет: распотроши эту шляпу, где-то в ней заключен секрет. Обычно ученику дают основные наставления, учат нескольким распространенным манипуляциям, которые помогут заработать на хлеб и воду, но ни дадут ни крыши над головой, ни славы. Дальнейший путь им приходится идти самостоятельно. Сомневаюсь, что Грабальзар поступил бы иначе.

— Вообще-то он умер, а я общался с призраком. Чему он мог меня обучить?

— Именно поэтому я и посоветовал тебе распотрошить эту шляпу. Люди такого уровня всегда оставляют после себя наследие. Минимальное. Великих фокусов никто не раскрывает, потому как они сохраняют наши имена от забвения. Память людей – вот все, что остается от нас. И это то, ради чего мы живем. Слава, сияние которой сохранит, пусть и нас, но наши тени в этом мире.

— То есть, в итоге, мне придется разбираться со всем самому? – Деммук только кивнул в ответ. Люди это мира довольно эгоистичны. Не одерни меня Алиса, то чувство по-прежнему было бы во мне… тогда я бы испытал сильное разочарование, а это бы привело к… Понятно. Пока что эта игра не особо отличается от остальных, видимо, я слишком рано радовался. Кроме битвы против игроков здесь довольствоваться особо нечем, хотя окружающие места довольно красивы, люди забавны в своем разнообразии реакций, а еда необычна… Как-то по отдельности это разочаровывает, но вместе создает неплохой эффект. Хмм… — Полагаю, обещанных пояснений о магии я тоже не дождусь.

— Почему же? – улыбнулся Норус Минт. – Многое открыть я не смогу, поскольку ты – не член гильдии, но дать небольшие подсказки у меня право имеется.

— Что можешь рассказать об атрибутах магии?

— Их десять и каждый отвечает за свое направление характеры, области действия или качества магической силы.

— Можешь их назвать?

— Только один по твоему выбору.

— И как мне выбирать, если я не знаю, о чем речь? У них есть какие-то номера или берут начало в разных частях света?

— Неплохая попытка, но так ты многого не добьешься. Чтобы быть хорошим фокусником тебе стоит быть более хитрым, использовать непрямые методы.

— А, чтобы быть хорошим магом..?

— Нужно примкнуть к гильдии и прекратить свои глупые скитания.

— Тогда имеет ли значение порядок внедрения атрибутов к тому, что Великий Наставник смог достичь одиннадцатого ранга.

— Кто знает? – Минт лишь развел руками. – Даже те, кто попытался пойти по его стопам, столь же больших высот не достигли.

— Но атрибутов десять… Выходит, чтобы достичь запредельного ранга он внедрил в свою башню некий атрибут дважды?

— Да.

— И последний – одиннадцатый – отличается от первого?

— Нет, — маг улыбнулся. – Это тот же атрибут, что и начальный. Каким образом Макригг смог это сделать никто так и не смог выяснить.

— Что это за атрибут?

— Разум.

— И как он выглядит?

— А как он может выглядеть? – маг наслаждался процессом.

— Найти его можно… — начал я, внимательно фиксируя реакцию мага, — в разуме?

Норус Минт поперхнулся чаем.

— Что такое, Норус, — захохотал Деммук. – Не привык, чтобы тебя так передразнивали?

— Да, — маг нервно хохотнул, пытаясь состроить грозный взгляд, чтобы спрятать притаившийся в зрачках страх. – Если будешь настолько дерзким юноша, то на мою помощь можешь не рассчитывать.

— Ничего, — лицо мага все еще не пришло в норму. – Все, что нужно я уже узнал.

— Все? – Норус Минт занервничал сильнее.

— Почти все. Забыл спросить, если я создаю новый прием, то потом его легче использовать. Нужно просто вызвать соответствующее ощущение, — действительно, мысленное изменение формы предметов, насыщенности заклятий энергией, приложение вектора… это невероятная система поддержки игрока в «Десятке». За реализацию подобных вещей разработчикам стоит сказать огромное спасибо. Это может найти серьезное применение в реальном мире. Инструменты проектирования систем, тестирование нагрузки за счет четко прописанных физических законов… но это все меня не касается. Важно понимать, как на это смотрят сами местные.

— Конечно, он впечатывается в саму твою душу. В месте своей сути ты можешь создать для него особое обозначение, жест, а после призвать мысленным усилием. Если долго практикуешься в чем-то, это не потребует никаких осознанных усилий – тело и душа сделают все самостоятельно.

Кнопки навыка? Это можно будет сделать? Или функционал доступен прямо сейчас, и достаточно просто больше практиковаться с одним единственным приемом? Интересно…

— А может что-то помешать ему «отпечататься в душе»?

— Проклятие… — задумался маг. – Но его можно преодолеть если приложить намного больше усилий. Или если разрушить злые чары.

— Можешь сказать если на мне проклятие?

— Брось, на подобное никто не решится. Подобные действия – запрещены законами всех королевств континента. Какой безумец захочет навлекать на себя гнев правителей?

— И все же?

— Ну ладно, — маг взмахнул рукой и стены башни засветились. Вокруг нас возник трехцветный вихрь. Вход в медитативное состояние много времени не занял, но попытка захватить часть потока провалилась. Возникло чувство, что все тело обмазано маслом, а кружащая всюду сила подобна сияющим изнутри струйкам воды. Сколько ни пытайся с маслом она не смешивается, притянуть к себе не получается. Постепенно на наружной стороне моего левого предплечья проявился продолговатый изумрудно-зеленого цвета полупрозрачный слизень. Его рот жадно распахивался, поглощая крохи из кружащей вокруг силы.

— Его что, действительно прокляли? – озадаченно протянул Деммук. – Насколько знаю, иногда проклинатель оставляет отпечаток своей злобы.

— Если это был профессионал, а похоже, что так и есть, — возразил маг — то никаких следов он не оставил. Что ж, давайте проверим.

Он сжал руку в кулак, вихрь силы тут же устремился к нему, заставив ярко сиять. Норус Минт выставил указательный палец и мизинец. Между ними промелькнул разряд в миг обратившись сферой. Сгусток силы оторвался, ударившись в воплощение проклятия. Целый удар сердца ничего не происходило, но я был уверен – проклинатель покажется.

Изо рта слизня выплыло небольшое облачко зеленого пара, соткав крохотную, но узнаваемую фигуру с посохом.

— Меня зовут Макригг, — голос заполнил всю комнату, давил своей силой, — этот ребенок совершил нечто, что заставило меня помчаться через полконтинента ему навстречу. К счастью, он дал мне хороший ориентир, и я смог послать к нему свою проекцию. Увы, это деяние, видимо, было случайностью, поэтому мне пришлось повернуть назад, однако… разве мог я упустить такой шанс? Если это дитя действительно сотворило то, что я думаю; если в его душе был создан отпечаток; если он сможет повторить это… оставить ситуацию без внимания я не смогу. По этой причине я наложил на него свое проклятие. Та сила не оставит от него и ошметков. Ему нужно лишь призвать ее, а если не сможет, то пусть себе ходит с проклятием до конца дней своих. Я Великий Наставник Макригг признаю, что нарушил закон и если владыки континента посчитаю нужным меня наказать, — лицо сильнейшего мага приняло выражение, в котором смешались издевка, наглость, высокомерие и уверенность, — то я смиренно подарю им смерть у подножия своей башни. Если же вы рискнете снять мое проклятие, мой визит не заставит себя ждать. Надеюсь, вы простите мой эгоизм, в противном случае… — рука Макригга крепко сжалась на посохе, — приготовьтесь познать всю его глубину, жалкие черви!!!

Глава 19-20.Глава 22
Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.